11:34 

Работа № 4

Соционическая Лотерея
Мы любим вас, - артеры и фикрайтеры! И зовём всех к нам!
Название: When there's no love in town
Персонажи/пейринг: Штирлиц/dark!Гексли (получилась dark!fem!Гексли)
Жанр: романтика, флафф
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание (саммари): Гексли любит мандарины.
Предупреждения: ругательства, «обожегет!»
Авторские примечания: читать с «Robbie Williams – Supreme»


Пакет с звонким треском порвался, и мандарины рассыпались по сторонам, сбегая из целлофанового плена. Девушка попыталась было присесть, чтобы собрать их во второй пакет с продуктами, но поскользнулась и болезненно ударилась коленями о затянутый коркой льда асфальт. Звучно выругалась.
- Твою ж мать, ну как так можно было? Пять килограмм говорите? Ну да, как же. Там и трех-то не было! Бумажковеды долбанные, взяточники и разгильдяи безмозглые!
Хруст и скрип снега под ногами шедшего, вероятно, сзади человека привели её в чувство и заставили ругаться чуть тише, бормоча себе под нос.
- Вот сейчас пройдет мимо, не обернется даже и наступит на пару мандаринок!
Негодования юной леди были настолько тихими, что проходящий мимо человек по сути и услышать не мог, но у Штирлица всегда был на удивление чуткий слух. Он присел рядом и стал помогать собирать разбросанные повсюду мандарины, не глядя в глаза девушке и делая все максимально быстро и ловко. Гексли собирала мандарины медленно, переползая по асфальту и собирая по три-четыре штуки за раз, Штирлиц же уверенно приносил по десять штук за раз в двух руках.
Разумеется, это не могло продолжаться долго: уж сколько бы Гексли не любила мандарины, их не могло быть бесконечное множество.
- Спасибо, что не прошли мимо, - быстро кивнула Гексли и уже едва ли не сорвалась идти дальше, но Штирлиц уверенно подхватил её пакет одной рукой, обхватил за талию другой и уверенно зашагал в сторону её подъезда. Откуда ему было известно, где именно она живет, девушка не знала, но сопротивления оказывать не стала – уж слишком сильным было впечатление. Говорить она, тем не менее, не перестала.
- Спасибо вам, конечно, но, как и откуда? И зачем? И кто вы, в конце концов?
- Пожалуйста, - Штирлиц почтительно кивнул. – Я ваш сосед по площадке, это ответ на три ваших вопроса, а зачем, думаю, очевидно – хочу вам помочь.
Улыбка у него была какая-то совершенно необыкновенная, очаровывающая.
Дальнейший путь до квартиры Гексли они преодолели за ужасающе малое количество времени. По крайней мере, Гексли его не хватило, чтобы изучить соседа, даже понять что-то о нем, ей совершено не удалось. И это тоже было волшебно.
- Знаете, спасибо вам, конечно, но не могу же я благодарить совершенно незнакомого мне человека.
Она склонила голову набок, как любила это делать обычно, с легкой кокетливой полуулыбкой.
- Можете, конечно, - Штирлиц усмехнулся, в глазах его плясало озорное веселье. - Будьте осторожнее на улицах и обязательно помойте мандарины с мылом, лучше всего – детским. Хорошего вечера, моя дорогая леди.
Он снова почтительно кивнул, чуть приподняв шляпу – замечательную черную шляпу с полями и тонкой полоской бордового атласа, – развернулся на каблуках остроносых лакированных ботинок и скрылся за своей дверью.
Детского мыла в доме не оказалось.
***

- Когда мне говорили о смене начальства, я предполагала увидеть восседающего Жукова с его дурацкой зеленой папкой, довольно оглядывающегося и сварливого.
- Надеюсь, я вас не разочаровал?
Штирлиц смеялся так заразительно и при том элегантно, что Гексли, обычно хмурая и раздражительная, просто не смогла сдержать ответной улыбки.
- Нет, сэр, что вы. Но папку все-таки заведите, на всякий случай.
Он кивнул:
- Обязательно. Возвращайтесь к работе, вечером я жду вас здесь с отчетом, статистику возьмете у Горького, а данные исследований вам передаст Дюма, Дон по-прежнему в лаборатории.
- Хорошо.
- И принесите горстку свежих сплетен на кончике хвоста, - добавил Штирлиц под конец.
- Запасайтесь чаем, боюсь, при таком раскладе нам тут придется сидеть до утра, - не осталась в долгу Гексли и ушла, легко перешагивая через две плитки на каждом шагу.
***

В почтовом ящике, казалось, завелись какие-то невообразимые существа, о существовании которых ни один великий ученый не задумывался и даже не слышал. Они увеличивали объем корреспонденции в разы, и с каждым новым днем по мере приближения Рождества эти объемы все росли и росли. Сегодня Гексли с трудом управилась со всей почтой, уж слишком качественно мальчишка-почтальон все сложил. Чем-то он напоминал Гексли саму себя, только вот его жизнерадостность и улыбчивость были самыми настоящими, а ей в последнее время уж больно много приходилось играть.
Она захлопнула ящик сильнее, чем было нужно, и вернулась в квартиру.
***

- Какие у тебя планы на Рождественский вечер?
Интересуется как бы невзначай. Но видно, что едва заметно нервничает.
- Ёлка, кошка, телевизор, - заученно отвечает она, почти не врет, вот только кабельное отключили за ненадобностью, ёлка искусственная и всего двадцать сантиметров в высоту, а кошка умерла четыре года назад.
- Умеешь кататься на сноуборде? – внимательный взгляд поверх очков.
- Нет, - она говорит неуверенно, уже понимая, к чему все это ведет.
- Научу, - Штирлиц улыбается, складывает папки аккуратной стопкой у себя на столе, – если пообещаешь, что ни раду за вечер не упомянешь работу или даже просто слово «полиуретан».
Она соглашается, время обговаривают заранее.
***

Она умудряется ни разу не упасть, хотя и выбирает при этом самые легкие склоны и простейшие повороты. Штирлиц все время находится рядом, страхуя и подсказывая, где и как лучше присесть, подняться, изменить направление. Это очень похоже на работу, но здесь намного больше касаний, обстановка формально-неформальная, где и «ты» и «вы» смешиваются в странное и непонятное нечто. Они не против, абсолютно.
Чуть позже, уже сидя в теплом баре и мирно потягивая горячий шоколад четырех разных видов, они говорят о политике и ценах на молоко, о снижении стоимости евро на мировом рынке и о обоюднолюбимом печенье. Она старается придерживаться отвлеченных тем, он боится переходить на личное, хотя уже уверенно приобнимает её за плечи, объясняя это себе тем, что она просто сильно замерзла. Народу на удивление не много.
- Это самое лучшее мое Рождество, - она считает, что сейчас самое время сказать именно это, и по легкой улыбке в ответ понимает, что рассчитала верно.
- Я каждый год уезжаю куда-нибудь из города.
- Да, Лондон слишком оживлен на Рождество.
Она предпочитает не говорить о том, что её обычные планы не меняются из года в год, он благоразумно об этом не спрашивает.
- Как давно ты понял, что влюбился?
Она не скрывает любопытства и задает мучивший весь вечер вопрос, он предпочитает ответить честно, потому что прекрасно понимает, что ей виднее.
- Наверно, когда услышал, как ты умеешь ругаться.
Она удивленно смотрит.
- Когда я уронила мандарины?
- Да, как раз тогда.
Он улыбается, даже не стараясь этого скрыть.
- Это определенно лучшее Рождество в моей жизни.
- Думаю, оно будет не единственным таким.
- Надеюсь.
И в воздухе в самом деле витает Надежда.

Вопрос: Выберите подходящую номинацию
1. Самый оригинальный сюжет 
0  (0%)
2. Лучшее раскрытие характеров и отношений 
2  (28.57%)
3. Кнопка - хочу видеть результаты 
5  (71.43%)
Всего: 7

@темы: фанфики, Штирлиц, Рождественские сказки, Гексли, 2012

URL
Комментарии
2012-12-25 в 16:40 

Sherley Jones
on the side of the angels
Поначалу не собирался оставлять комментарии вообще к каким-либо работам и молча проголосовать, но затем подумал, что автору было бы приятнее прочитать мнение о своей работе в, пусть даже и коротком, сообщении, чем просто увидеть, что за него проголосовали/не проголосовали. Тем более, я не буду сейчас пытаться выбрать что-то лучшее, я напишу везде свои впечатления и укажу плюсы и минусы, а затем уже подумаю - чему именно отдать свой голос.

Ох уж эти Гексли. В вашем произведении по традиции проводить новый год и краткому описанию поправок мне уж началось казаться, что вы смешали Гексли с Бальзаком. Кстати, сразу стало интересно - каков ТИМ автора? Буду рад, если ответите)
Не скажу, что сюжет оригинальный - он какой-то туманный, странный и, посмею сказать того, чего не знаю, но выглядит недодуманным, незаконченным. Больше напоминает скромный драббл, где упор делается на мандарины, которых я, о, чудо, не заметил в названии работы.
Штирлиц немного странноват, для меня словно открылись его новые, потайные стороны. Все мы представляем их такими шкафами в вечно официальных костюмах и с тяжелыми папками, полными непонятных нам бумажек, в руках. Здесь же ставка идёт на "обратную сторону луны", которая далеко не тёмная, как мы её называем. А тот самый Заботливый Штирлиц из Дельта квадры - романтик с широкой дороги. Что мне очень понравилось.
Спасибо за интересную работу)

~ Немного неТИМичный комментарий от Напа.

2012-12-26 в 18:41 

Гость 2012
каков ТИМ автора? Буду рад, если ответите)
Достоевский

А тот самый Заботливый Штирлиц из Дельта квадры - романтик с широкой дороги. Что мне очень понравилось.
Он мне таким увиделся, что странно, учитывая, что вообще с ними общаюсь мало и редко, да и большую страсть питаю к Максимам, нежели к дуалам. Так что это скромное авторское видение)

Спасибо за интересную работу)
Спасибо за комментарий)

2012-12-27 в 12:34 

Асвиар Инвим Аквилар
My life is worthless. And my tries hopeless.
Замечательный, легкий и веселый рассказ ) А мандарины, наверное, мы все любим, так или иначе ))

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Соционическая Лотерея

главная