19:31 

Работа №7

Соционическая Лотерея
Мы любим вас, - артеры и фикрайтеры! И зовём всех к нам!
Автор: hisa_clover
Бета: ?
Название: За гранью сна
Персонажи/пейринг: Гамлет, Гамлет
Жанр: Фантастика, джен, повседневность
Рейтинг: G
Краткое содержание(саммари): Каждый раз погружаясь в сон мы оказываемся в новом для нас своеобразном мире. Но если там жизнь заканчивается, то что сделает неупокоенная душа, которой совершенно не хочется умирать?
Предупреждения: имена, смерть персонажей
Авторские примечания: автор заразился от фразы «Тождики смотрят друг на друга как на зеркало», автор попытался эту мысль развить, но слишком буквально.



Глава первая. Введение. Первое сентября.

Осень еще не вступила в свои права. Слишком рано, всего лишь первое сентября на календаре. Удивляет своими теплом и солнечным настроением. Но мало кто обращает на это внимание в каменных джунглях. Спешащие "взрослые" даже не смотрят по сторонам, все время в себе или в работе. Сонные школьники так же не смотрят по сторонам: волнующиеся первоклассники, возбужденные предстоящими событиями младшеклассники, ожидающие встречи друг с другом средний классы и скучающие старшие. Студенты одной бесконечно усталой массой стекались в свои колледжи и университеты. Ну что за наказание, школьники идут в школу просто ради бессмысленных одинаковых слов, а студенты - сразу на пары. Стасу, первокурснику факультета художественной кафедры, подобная перспектива совершенно не улыбалась. Был он совой, живущей ночью. Что уж говорить о том, что за короткое из-за экзаменов и поступления лето режим он сбил себе полностью. Этой ночью он решил не спать, что бы совсем не пропустить университет, но в итоге чуть не заснул в автобусе и, если бы не сидевшая рядом постоянно разговаривающая по телефону девчонка с разноцветными афро-косичками, то свою остановку Стас бы точно пропустил. Не то что бы это была бы большая потеря, но все равно не приятно. Нужно заводить хорошие знакомства с однокурсниками и произвести прекрасное впечатление на преподавателей с самого первого дня. Опаздывающий студент запоминается с плохой стороны, даже не смотря на вежливость и знания, отношение будет предвзято. На курсе обязательно будет определенная элита, их пешки и чернь, те, кого будут гнобить или не замечать. Стас явно не вынес бы быть среди черни. В худшем случае он сам собирался собрать элиту, потому что общество никогда не было равно между собой. Слабые люди должны выбывать из борьбы, сильные должны продолжать бороться за место под солнцем. По-другому в человеческом мире и быть не может.

Первой парой была живопись. Очень прозаично, учитывая то, что рисовали они обыкновенный кувшин, словно в начальных классах художественной школы. Хотя, многие однокурсники имели именно такой уровень. Малюют как видят и это раздражает. Стас заметил лишь пару-тройку достойно рисующих ребят. На удивление, как раз та яркая девушка, которую он встретил в автобусе. Удивительно насыщенные и запоминающиеся краски, создающие прекрасное сочетание между собой. Прямая и подтянутая девушка, Ольга - она поступила в это учебное заведение именно из-за Стаса. Хотела пойти на юридический, но тогда бы, по мнению парня, просто загубила бы свой талант. Столь реалистично никто из знакомых юноши не рисовал. И был еще один парень - всего на курсе было десять человек, из которых трое парни - расхлябанный, скучающий и какой-то зажатый. Внешне лучшая мишень для изгнания, но до безумия отточенный и развитый стиль, с несколько мрачными, но при этом крайне насыщенными красками. Все остальные рисовали на несколько уровней ниже, было даже удивительно, как они умудрились поступить сюда. Это отмечал и преподаватель, невысокий мужчина с усами. Хотя и в его способности Стас не особо верил.

- Какое имя интересное, никогда такого не слышала! - восклицала девушка с косичками, прыгая вокруг мрачного паренька.
- А меня совершенно обыкновенно Машей назвали, Марией, не путать с Мариной! - несколько шутливо пригрозила не отвлекающемуся от работы парню.
- А между ними есть какая-то разница? - почти даже искренне удивился он, скидывая с глаз черные волосы. Не очень удачно, нужно заметить. Стас хмыкнул и вернулся к созерцании своей работы. Хуже, чем обычно. Наверное, на него плохо действуют находящиеся рядом неучи, по-другому их назвать язык не поворачивался. Парень вздохнул и отложил кисть. Первая пара акварели, но после будут занятия другими видами красок и это немного страшно. Благо сегодня, после еще одной пары, их отпустят.
- Не спи, замерзнешь, - хмыкнула Ольга, в упор смотря на Стаса. Парень несколько устало улыбнулся и вернулся к работе. В этом плюс его детской подруги, просто страдать фигней она тебе не позволит.
Стас хотел переходить на натуру, людей, но они вынуждены рисовать эти чертовы кувшинчики. На рисунке обещали гипсовые головы, но, опять же, просто что бы проверить способности. Как-то грустно даже.

Слишком шумно со стороны третьего парня. Пара уже закончилась, но ребятам разрешили остаться в аудитории и познакомиться. Неучи собрались сами с собой и, скорее всего, уже считают себя элитой. Но в них нет ничего особенного. Как всегда и бывает. "Парень с необычным именем" попытался сбежать, но Мария его остановила, мол надо приобщаться к коллективу. Девушка некоторое время пыталась говорить с "неучами" но большая их часть просто проигнорировали ее. Главным был болтливые парень, Дмитрий, слишком явно пытавшийся высмеять Мстислава, именно так звали черноволосого. Но тот так же отвечал, совершенно отворачивая от себя всех. Ну что же, будет забавно наблюдать их стычки.
- А ты чего молчишь, Стас? Вроде выглядишь нормальным, в отличие от Мести, - хмыкнул Дмитрий и многие девушки противно засмеялись, будто он сказал что-то смешное. Слава усмехнулся и продолжил созерцать окно, ну или то, что за ним.
- Да вот смотрю на вас и не знаю что бы и сказать, - "этому стаду" - про себя закончил Стас и достаточно мило улубнулся.
- Расскажи о себе, что ли. У тебя достаточно интересный стиль. Учился где-то еще? - слишком прямая похвала. Остается только смущенно улыбнуться.
- Да, я и Ольга вместе заканчивали художественную школу.
- А что, у нас еще одна Ольга, кроме меня? - деревенский акцент, пучок, противный тональник цвета кирпича, непонятная футболка с каким-то явно пафосным рисунком и надписью и узкие лосины противно блестящие, как еще не леопардовой расцветки. Эстет в Стасе в ужасе заорал и забился от этого зрелища в угол.
- Как же не повезло имени Ольга, носит его сия странная особа, - достаточно тихо, но четко проговорил Слава, но услышали все. Ну что же, врагов себе он уже заработал. Можно поаплодировать стоя и подарить ему цветы.
- Ты что вообще говоришь, сопля?! - раздраженно чуть ли не вскрикнула Алена - девушка подобного Оле покроя, разве что во всем спортивном, но, стоит заметить, тело у нее достаточно красивое - вставая со своего места и чуть ли не вцепляясь в Славу, а он спокойно продолжал смотреть в окно, даже бровью не повел.
- Успокойтесь, дамы. Я не имею ничего против вас, разве что ваши ужасные манеры и неумение одеваться, - черноволосый встал и взял свой рюкзак. - До завтра, - как бы прощаясь поднял он руку и вышел из аудитории.
Девушка с косичками рассеянно посмотрела то на группу, которая сейчас начнет обсуждать подобное поведение, то на Стаса и собиравшуюся уходить Ольгу, то на дверь. Затем несколько рассеянно вздохнула, схватила сумку и побежала следом за Славой. Вину свою Маша определенно чувствовала за это, ведь если бы она не остановила его, он бы не ввязался в ссору.
- Фрики, - раздраженно проговорила Алена и села обратно на стул.
- Мы вас, пожалуй, тоже покинем. А то автобус ждать довольно долго, если пропустим этот, - ободряюще улыбнулся Стас и вышел следом за молчаливой Ольгой. Скорее всего сейчас начнется обсуждение, но русоволосого это совершенно не интересовало.

- Странные люди, - несколько обреченно вздохнула Ольга, садясь на скамейку в парке. Стас кивнул и сел рядом. Было бы неплохо нарисовать еще зеленую листву. Наверное, стоит предложить подобную идею преподавателям и однокурсникам. - Тебе все еще снятся те сны? - ровно спросила девушка, но Стас различил в ее голосе беспокойство. Парень ободряюще улыбнулся.
- Да. И я видел почти всех наших однокурсников раньше. Дима был моим близким другом, та Оля - его младшая сестра, остальные дворяне, которыми я не особо интересовался. Там такие пышные и красивые платья, ты бы знала! Когда-нибудь ты будешь выходить замуж в подобном! - мечтательно сказал Стас, наблюдая за голубями. Парень очень ярко представлял свадьбу своей подруги, но не мог понять, кто же станет ее мужем. Себя в этой роли он не представлял совершенно. Пока юноша находился в задумчивости, Ольга положила свою голову на его плече. Такой отстраненный и вроде и не понимающий. Лжец.

Постоянные метания перед сном. Немного страшно каждый раз переходить. Всегда есть опасность не вернуться. А что если на самом деле тот мир его настоящий? Что если все эти миры вообще не существуют и он просто сидит в комнате с белыми мягкими стенами. Но погружение происходит спокойно.

- Добрый день, молодой господин, - спокойный холодный голос. Черноволосый юноша, подозрительно похожий на Мстислава, одернул шторы, пропуская свет. - Здравствуй, милый, - сонно произносит тот, с чьей стороны наблюдает Стас. - Что сегодня будет любопытного?
- Все уже было утром, когда вы только видели третий сон, - хмыкнул парень, открывая гардероб и доставая оттуда какую-то одежду. Довольно вычурную, но Стасу этим сны и нравились. Все красивое, возвышенное. Отдаленное от несколько скучных реалий повседневности. Но из-за того, что эти сны стали постоянными, все это тоже стало обычным. - Госпожа уже со всем разобралась и ныне ждет вас к обеду, дабы решить вопрос о продолжении рода, - парень на кровати обреченно вздохнул и перекатился в тень, не выпуская темноволосого из поля своего зрения.
Совсем мальчишка, да и схожесть с однокурсником виднелась лишь на первых парах. Более острые черты лица, возможно, метис.
- Да зачем вам я необходим? Вы и сами неплохо справляетесь с продолжением рода. Или, твое тело уже не по ней? - голос просто сочится ядом и некой насмешкой. Возможно, в этом даже есть обида. Но, вспоминая его невесту, это и понятно. Сильная волевая дама со своей собственной моралью, иногда идущей вразрез с общественным мнением. Такую удержать сложно, да и отношения натянутые. Брак по расчету. Так что не распадется. Парнишка чуть вздрогнул, но ничего не ответил.
- Конечно, за два прошедших года ты заметно вытянулся, но еще не возмужал. Даже немного обидно, может, был бы чуть посильнее, даже был бы сверху, - продолжает насмехаться молодой человек, все еще наблюдая за слугой.
Парнишка ничего не сказал, осторожно выкладывая на стул одежду. Белая рубашка с широкими длинными рукавами-фонарями, безрукавка из, возможно, кожи, светлые тканевые штаны.
- Вы ведь в состоянии одеться сами, или он должен помогать вам до самой старости? - несколько дерзко.
Но его отрицание собственного я несколько поражало Стаса. Но зато нисколько не удивляло владельца.
- Дай мне побыть беспомощным, - несколько надрывно произнес юноша, кидая в парнишку подушкой, но прицел явно очень сильно сбит, посему даже близко не попал.
- Будете беспомощным под своей женой, - и голос все столь же вежливый у этого наглого слуги.
- Прикажу выпороть.
- Прошу, - все еще спокойно, но в голосе послышалась мольба - сделайте это со мной да посильнее! - а во взгляде сверкали дьяволята презрения и насмешки, а так же твердой уверенности, что наказания не последует.
И ведь прав, чертеныш.

Парень ворочался перед зеркалом, рассматривая себя. Светло-русые волосы, собранные ранее слугой в низкий хвост и перевязанные сиреневой атласной лентой, серые глаза, несколько томно прикрытые, будто восхищенные самим собой. Острые тонкие черты лица, в которых просто сквозит: "Я - Аристократ". Вот так, с большой буквы.
- Милок, в какой комнате состоится наша с супругой встреча? - лишь в отражении глянув на заправляющего кровать слугу.
- На нейтральной территории, - хмыкнул черноволосый.
- Гостиная, значит..? - несколько задумчиво прошептал светловолосый.
- Столовая. У вас ведь кушанье, - пожал плечами парень, вставая возле двери.
- Не шути надо мной! - рассерженно повысил тон голоса молодой человек и топнул ногой.
- Я не шучу. Просто говорю как все есть, - пожал плечами слуга, открывая дверь.

- Как ваше здоровье, милая моя? - с улыбкой проворковал парень, усаживаясь за длинный почти пустой стол напротив своей супруги.
Рыжеватые кудрявые волосы, собранные в аккуратный высокий хвост и украшенные парой лент голубого и зеленого цветов. Как единение неба и земли, или что она опять этим имела ввиду.
- Все прекрасно, как и у вас, я погляжу, - сколько бы раз Стас не слышал ее голоса он всегда несколько вздрагивал.
Судя по всему, как и обладатель этого тела. Сильный, властный и холодный.
- Глеб, ты свободен, проследи, что бы никто не входил.
- Да, Госпожа, - парень почтенно поклонился и вышел за дверь.
- Итак, вы хотели что-то обсудить? - девушка чуть улыбнулась. - Сначала отобедайте, дорогой супруг.
- Неужто отравить решили? - усмехнулся парень, но все же принялся за еду.
- Ну что вы. Смерть ваша на данный момент мне не выгодна, - с улыбкой проговорила светловолосая, наблюдая, как ее супруг подавился и теперь пытается откашляться.
Хотя, чего стоит ожидать от этого мира, закон которого удерживается на верхах сильнейший, даже не смотря на положение рожденного.
- Успокойтесь, сейчас есть проблемы.
- Какие же? - встрепенулся молодой человек.
- Ваш приятель, например. Как его, Антон, Артем, Арсений...
- Виктор. - Помнила ведь, что на какую-то из первых букв алфавита.
- Вы ведь помните, что из-за ваших родителей его семья разорилась? Знаете же старую пословицу? Око за око, зуб за зуб. Он уже некоторое время копает под...
- Да что за чушь вы говорите! - повысил тон голоса молодой человек и встал, хлопнув руками по столу.
Девушка напротив чуть заметно вздрогнула.
- Ярославна, милая моя, мои друзья, настоящие друзья, никогда меня не придадут и уж тем более не подставят! - более спокойно закончил и выпрямился.
- Александр, успокойтесь. Это всего лишь предупреждение, верить ему или нет - ваше дело, но я не дам семье развалиться и обеднеть, - ледяным тоном проговорила Ярославна.
- Что бы удержать позиции, нам нужен хотя бы один ребенок, поэтому сегодня в общих покоях.
- Почему же не сделаете вы его с этим мальчишкой?! - язвительный голос.
Выглядело это как пощечина, но девушка с гордостью ее вынесла и лишь грустно улыбнулась.
- Никогда не делайте поспешных выводов, - девушка встала и пошла на выход.
- Я еще не закончил! - вновь повысил голос Александр и хотел было рвануть к ней, но девушка буквально взглядом остановила его.
Вновь грустно хмыкнув, она вышла.

- У-ла-ла, мон шер, - высокий светлооволосый юноша сел рядом с Александром.
Осень еще не вступила еще в свои владения, но весь воздух был буквально пронизан наступающими холодами. Отцветающие цветы, желтеющие и краснеющие листья. И безграничная меланхолия. Для всех, кроме неунывающего Виктора.
- Что ты так грустен? - улыбка, которой хочется доверять.
Хочется, но нельзя. Какой бы странной не была Ярославна, чаще всего она права. И как бы больно не было, придется вести себя осмотрительней.
- Все как всегда, мой старый друг, - вздыхает парень, то скрепляя в замок, то расцепляя пальцы.
- О чем только думали родители, выдавая её за меня? - в сердцах воскликнул молодой человек, резко вставая. - Ясное дело, что ни о какой романтике и речи идти не могло! Но что бы так, что встречаться лишь ради того, что бы зачать ребенка, аах, боги! За что мне это?! - молодой человек вздохнул и уселся обратно на лавку, закрыв лицо руками.
- Ну тише, тише, - французский акцент и ударение на последний слог делало свое.
Почти всегда это успокаивало Александра, ведь его мать была беглой француженкой после окончательного захвата Великой Британской Империей Франции. Еще один повод доверять. Хотя слишком уж расплывчатый.
- Бог посылает нам испытания, прохождение которых прокладывает нам путь в рай.
- Скажи еще про ауру и остальной бред, - усмехнулся Александр и выпрямился.
- А вдруг не бред? Во всем нужно видеть хорошее, значит и в этом должно быть.
- Ключевое слово "должно". Но кому оно должно? - улыбнулся.
- Так или иначе, сегодня будет первая ночь зачатия.
А знал об этом дейшенстве Александр очень мало. Остается только надеяться, что его супруга уже научилась всему со слугой.

Из общей комнаты вышел Александр в полном изнеможении. Он даже подумать не мог, что его супруга может быть столь чувственной. Захотелось еще, но это могло бы быть очень плохим тоном. Во всяком случае, если все получилось, то ближайшие пару лет можно не общаться со своей супругой больше чем необходимо.
На автомате дойти до комнаты и просто сразу завалиться в расправленную кровать. Сон пришел сразу, пришло время Александра отправиться в другой мир, о котором никто кроме него не знает.

На самом интересном месте из сна Стаса вырвал будильник. Ну конечно, сон не хочет показывать постельных сцен. Парень сел на кровати и посмотрел на часы. Шесть тридцать, пол часа вполне хватит на завтрак и сборы, час на путь до университета. Несколько секунд он смотрел на бегущую стрелку часов, а затем занялся обычными утренними делами, но тихо, что бы не разбудить соседей по квартире.

Глава вторая. Сентябрь.

- За что он меня так ненавидит? - Ярославна сидела в чуть теплой ванной.
Глеб чуть улыбнулся и продолжил мылить волосы своей госпоже.
- Я ведь ему добра желаю. И вообще тяну всю его семью, что бы она не обеднела. Кто ему вообще сказал, что между нами что-то есть?
- Вы знаете ответ на этот вопрос, - тихий голос.
Ярославна действительно знала, но убедить своего супруга в том, что его "лучший друг" желает ему лишь зла не являлось простой задачей. Глеб осторожно провел пальцами по спине девушки. За любую ошибку в детстве ее били розгами. И столько шрамов, наверное, не видел ни один из нынешних дворян. Спокойное время, никаких войн, армия есть, но любые стычки настолько невозможны и далеки, что никто серьезно о них не говорит. Все ужасы происходят за мирными стенами хороших на первый взгляд домов.
- И как можно быть таким недальновидным, - несколько грустно прошептала девушка.
- Друг сердечный, оно случилось? - заинтересованно вопрошал Виктор, доверительно улыбаясь.
Александр улыбнулся и кивнул.
- Уооу, и как оно?
- Оно... Ну... Даже не знаю как бы и сказать, - все еще чуть улыбался парень.
Обычное место встречи - сад. Ночью прошел дождь, посему было несколько прохладно. Но это не мешало радоваться последним солнечным и зеленым дням этого года.
- И вроде все получилось, но что-то пошло не так.
- Ох, понимаю, - чуть улыбается. - Ну ладно, не будем о плохом. Ты идешь сегодня на сбор у Нарвежских..?
- Норвежских, - на автомате поправил Александр.
- Не суть важно.
- Скорее всего пойду. Надо ведь семью представлять, - хмыкает Александр.
Супруга его не любительница выходить в светскую общественность.
- Замечательно. Говорят, он представит свою невесту.
- Кто, он?
- Сын Нарвежских.
- Норвежских, - снова поправил Александр, ловя несколько раздраженный взгляд.
- Не суть. Интересно, из какой она семьи..?
- Скорее всего из Шановских. У них девка еще ходит, в четырнадцать лет-то, - несколько отстраненно произнес молодой человек, рассматривая стоящую неподалеку яблоньку.
- Шановские! Ха, боги! - хмыкнул Виктор, откидываясь на спинку лавки. - Ярославна ведь из их рода?
- Именно. Хотя, думаю, моей благоверной придется самой пойти. Ну или ее уже пригласили, хотя странно, что она мне ничего не сказала...
- Господин, - тихий голос вывел молодых людей из задумчивости.
Виктор вздрогнул и вскочил, ловя неприязненный взгляд темноволосого слуги.
- Говори, - отвлекаясь от созерцания листвы сказал Александр.
- Ваша супруга ожидает вас к обеду, надеюсь, вы пройдете сейчас со мной, - тихо, но уверенно.
- Подожди меня возле входа в дом, я распрощаюсь с дорогим другом, - парень поклонился, и пошел в сторону дома.
- Прикажи наказать его розгами! Он слишком плохо на меня посмотрел, - раздраженно проговорил молодой человек и скрестил руки на груди.
- Не могу. Ярославна против любых наказаний в нашем доме, поэтому слуг наказывают по-другому...
- Но его ведь не наказывают вообще? Я ведь говорил, она с ним занимается тем, чем все не решался заняться с ней ты. Так или иначе, - Виктор улыбнулся. - Встретимся у Нарвежских.
- Норвежских, - уже в спину легко шагающего парня проговорил Александр.

- Здравствуйте, милая моя, - вновь улыбаясь Александр вошел в помещение гостиной. - О чем ныне хотели вы поговорить?
- Здравствуйте, дорогой. Хорошо ли вам спалось? - несколько улыбнулась девушка, закрывая книгу и откладывая ее на стол.
Впервые Александр видел ее не в платье и без прически, и не на ложе, но такая она даже больше была ему по душе.
- Очень даже неплохо, - все та же улыбка.
- О чем хотели вы поговорить, душенька? - светловолосый прошел к креслу напротив девушки и провел рукой по мягкой обивке.
- Глеб сказал, что вы уже знаете. Сегодня у Норвежских прием, и я вынужденна прийти туда и порадовать свою сестру присутствием, - несколько насмешливо сказала девушка. - Через месяц свадьба.
- А он подслушивал? - раздраженно произнес Александр, скрещивая руки на груди, совсем как Виктор.
- Просто вы его не замечали, - пожала плечами девушка.
- Ну конечно, призраком бродит, - фыркнул молодой человек и сел в кресло.
- Так или иначе нам нужно появиться вместе.
На представление и на саму свадьбу. Я хотела сказать вам об этом вчера, но вы так быстро разозлились. А в спальне о таком смысла говорить не имеет.
- Ты знаешь ситуацию в обществе? - перебил Александр.
Девушка отрицательно кивнула головой.
- Значит так, Норвежские нынче стали очень влиятельны.
- Открытие завода за Уралом, если не ошибаюсь? - Александр кивнул.
- И не одного. Достаточно выгодный для твоей сестры брак. Рыбочкины недавно заключили союз с Коралловыми. Есенины разорились, так что не думаю, что про них вообще кто-то вспомнит. Бессонов опять подался в писатели и, скорее всего, всем придется выслушивать его лишенные рифмы и слога стихи.
- Все так плохо? - хмыкнула девушка, смотря куда-то сквозь своего супруга.
Этот взгляд безумно раздражал Александра, но не стоило ей об этом говорить. Печать интеллекта для нее было достаточно сложно скрыть, хотя чем-то плохим Александр это не считал.
- Еще хуже, чем рисунки того художника, что выставку недавно привозил.
- Французский? Ах этот бессмысленный импрессионизм, лишняя трата холстов и красок, - Александр чуть улыбнулся, хоть в чем-то мысли их совпадали. - Мы отвлеклись, или это все, что мне необходимо знать? - Ярославна мягко улыбнулась.
- Вроде это все, ну или вас интересует политика?
- Все по-прежнему, Романовы у трона, больше мне знать не положено.
- Верно. Тогда, - светловолосый встал и учтиво поклонился. - До вечера.

- Что же вы, ребенка ныне ожидаете? - лживые подхалимские улыбки.
Противные оценивающие взгляды. Шепот за спиной. Ярославна ощущала это на себе в таких количествах, что хотелось провалиться под землю. Но позволить себе этого не могла, поэтому продолжала общаться с дворянскими курицами. Общество заинтересованных в науке мужчин интересовало многим больше. И, как назло, Глеба заняли, как и остальных слуг, в зале и на кухне.
- Друг мой, здравствуй, - широкая улыбка Павла Норвежского, организатора сего бала, высокий, широкоплечий, темноволосый молодой человек, будто.
Чуть позади стояла хрупкая рыжеволосая девушка в очках, пышное голубое платье с слишком затянутым корсетом, сестра Ярославны - Дарья, пятнадцати лет, долго же в девках ходила.
- Здравствуй, Павел, - столь же широко улыбнулся Александр, отвлекаясь от надоевшего своими идеями о усовершенствовании общества Алексея, слишком радикальные меры и идеи всегда приводят к виселице. Или к новомодному ныне расстрелу. - Как здоровье ваше и вашей супруги? - без особого интереса, просто обязанность.
- Хорошо здоровье мое и супруги моей, спасибо за беспокойство, - молодой человек благодарно кивнул. - Как ваше житие?
- Просто великолепно. Мне досталась столь восхитительная девушка, что и словами не передать, - молодой человек говорит с гордостью, но Александру она кажется показной, а Дарья смущенно улыбается.
- И отпускать вы ее не хотите?
- Ни в коем случае! Дамам и без нее хватает тем для разговоров, - хмыкает Павел, мельком глядя на ярко и пышно разодетых девушек.
Многие из них пришли сюда в поиске мужа, ну или хотя бы жениха. За этим было забавно наблюдать. Павел был больше чем уверен, что каждая из них за глаза распускает сплетни о своих же подругах. В таком уж обществе они живут.
- Тогда вы не будете против, если я позову свою заскучавшую супругу и мы отпустим сестер, дабы обсудить дела насущные? - Павел утвердительно кивает.

- Как я не люблю все эти сборища до утра, - зевая произнесла Ярославна, опуская свою голову на плече Александру.
Парень чуть улыбнулся. Он-то привык, а вот девушке было сложно. Почти все сестры Шановские как-то плохо переносили общество, во всяком ночное. Уже в который раз Александр замечал, что они были какими-то домашними, но хуже от этого не становилось. Можно с уверенностью говорить, что девушки эти образованы, умны и всесторонне развиты.
- Не беспокойся, в следующий раз только через месяц. А потом только если у нас будет девочка, - Александр улыбнулся, касаясь губами макушки супруги. - Не засыпай пока. Доедем до поместья, а там уже в своей мягкой кроватке, с Глебом, - последнее вырвалось против воли Александра.
Девушка вздрогнула всем телом и резко отстранилась от супруга. Сон сняло как рукой.
- Почему ты так уверен, что у меня с ним что-то есть? - голос не дрогнул, но вновь налился сталью.
- Потому что ты никому не позволяешь заботиться о тебе, кроме него! - повысив голос.
Несколько секунд прошли в молчании.
- Ты - моя и я против того, что бы тебя касались другие мужчины.
У нас достаточно служанок в доме, некоторые были куплены специально для того, что бы помогать тебе. Но ты отказалась от них, так еще и притащила с собой мальчишку из своего прошлого дома и только он тобой занимается, что мне еще думать?!
- Я покажу тебе почему он. Но как приедем домой, - чуть слышно прошептала девушка и отодвинулась к окну, подальше от супруга.
Глеб, сидящий на переднем сидении автомобиля возле глухого водителя закатил глаза и снова вернулся к просмотру живописных пейзажей за окном. Госпожа делает слишком большой шаг, собираясь рассказать свои тайны мужу. Тем более, шаг не особо оправданный. Но чувство справедливости слишком сильно в ней.

- Как-то ты восхитился, что я образованная, веду себя в обществе подобающе и очень скромная, что не открываю своего тела, - грустно хмыкнула Ярославна, останавливаясь у открытого окна. Все еще удушливо теплый ветер приносил в комнату желтые листья. Александр фыркнул и уселся на кровать. В двери щелкнул ключ и черноволосый слуга достаточно быстро принялся расстегивать корсет.

- Ну и зачем? - закатил глаза Александр, скрестив руки на груди.
- Потому что ты мне не доверяешь. Думаешь, я бы подпустила кого-нибудь просто так? - передернула плечами Ярославна.
Первые лучи солнца без особого энтузиазма проникали в комнату, наполняя ее чуть желтоватым цветом. Достаточно приятное сочетание с тепло-багряным интерьером. Корсет и ничем более не удерживаемая юбка упали на пол. Некоторое время Александр удивленно смотрел на открывшуюся ему взору фигуру. Упругое сильное тело, красиво отливающая в солнечном свете светлая кожа, очень заметные розоватые шрамы на спине и руках.
- Подобным образом нас муштровали, если мы не подчинялись. Поэтому я против любых телесных наказаний и именно из-за этого я не могу подпустить к себе кого-то, кроме человека, который прошел все это со мной и даже большее вытерпел, - хмыкнула девушка,
Глеб осторожно накинул на плечи госпожи халат и отошел к стене, словно пытаясь оказаться как можно дальше от солнца.
- Не говори только, что он твой брат, - несколько раздраженно усмехнулся Александр.
Увиденное его пусть и поразило, но не настолько сильно, что бы перестать брать в расчет подозрения про более тесную связь между ними. А еще появилось удивление, как он не заметил этого в спальне, буквально за день до этого.
- Нет. Но он мне намного ближе родного брата.
- Ну это и понятно, - хмыкнул светловолосый.
Слуга сжал кулаки за спиной, но ничего не сказал.
- Не в том смысле, в котором накрутил тебе Виктор, - Александр вздохнул, но ничего не ответил.
Просто не нашлось. Поразмыслив над ситуацией со старым другом, подобная ложь была возможна. Но причина ускользала, посему идея оставалась лишь на уровне подозрения.
- Ему пришлось перенести даже больше, чем мне или моим сестрам. Но, это уже ему решать, рассказывать или нет, - девушка хмыкнула, одергивая рукава халата. - Так или иначе, я всего лишь показала тебе то, из-за чего я не хочу кого-то другого, кто может узнать об этом. Надеюсь, ты уважаешь мое желание и больше не будешь поднимать вопрос с другим слугой или служанкой.

В этот раз никто Александра не разбудил, посему сам он проснулся ближе к вечеру. Солнце клонилось к горизонту, а вокруг было неожиданно тихо. Ничего не изменилось, кроме того, что теперь он знает. А так же кроме жизни того, в ком живет он ночью. Очередная попытка кончить жизнь, очередной срыв ее соседом по квартире. Не выдержавшая и уехавшая невеста, насмешка со стороны всегда сидящего в стороне Белого. В каком же мире он живет, что каждый раз нет никакого желания просыпаться, и двигаться дальше?



Все всегда превращается в рутину. Стас пытался как можно дольше удержать ощущение нового: нового места, людей, графика - но это не так просто. Не совсем ясно каким образом, но группа сократилась чуть ли не на треть. Преподаватели зверствовали и адский занижали оценки, если ты не приносил им конфет или денег. Но приходилось выкручиваться, так как тратиться еще и на "презенты" не было никакого желания. А осень набирала обороты, накрывая Стаса с головой своим мрачным настроением и продувая до костей ледяным ветром. И даже теплый шарф не помогал. Наверное, он все же сляжет с простудой. Хотя лучше так не делать, иначе потом проблем не огребешь. Спокойная обычно Ольга сейчас была готова сорваться из-за любой мелочи. Напряжение росло, буквально заставляя закрыться в себе, лишь бы не ощущать коротких, но действенных ссор в аудитории, внезапных скачков раздражения у подруги детства, не нужного и раздражающего беспокойства родителей. В гардеробе толкучка, как всегда. Не помять бы ватманы. Стоило бы купить тубус, но все вновь упиралось в деньги. Все в этом мире вообще упирается в деньги. А ведь это просто бумажки, за которыми ничего не стоит. В аудитории удивительно спокойно, пока никого нет. Окна все время закрыты - не дай бог ветер наклон драпировки изменит. Можно начать пораньше, но как-то странно, что никого еще нет. Пусть некоторые и любят опаздывать, но не все ведь. Стас оставил сумку возле своего мольберта и пошел в коридор, что бы выловить кого-нибудь возле раздевалок. Но дойти до них судьба явно не позволила, в двери на него сразу налетела цветастая Маша, с глазами полного если не удажа, то удивления точно.
- Там драка, - прошептала девушка, заглядывая в класс.
- Где препод? - слишком торопится.
Даже думать не надо кто с кем дерется. Стас вздыхает. Растаскивать своих однокурсников не было никакого желания.
- Я пришел, тут было пусто, - Маша закусила губу и всучила парню свою сумку.
- Кинь ко мне, а мне нужно найти хоть кого-нибудь, - девушка уже бежала куда-то в сторону учительской.
- Только вот зачем тебе это нужно, - прошептал под нос Стас, оставляя сумку возле какого-то мольберта.
Маша так скакала между местами, что запомнить её точку не составлялось возможным. Парень подошел к окну и шмыгнул носом, наблюдая за летящими по небу птицами. Конец сентября, верно? Стас уже потерялся в датах и днях. Молодой человек вздохнул и взъерошил волосы. И вроде постоянство, которого всегда хотелось. И вроде скука, разбавляемая какими-то мгновениями.

Вечер клонился к ночи, а ночь заканчивалась рассветом. Слабый алкоголь уже развеялся и осталась лишь слабый осадок, который усилится лишь после пробуждения. Александр рассеянно улыбался, не особо вслушиваясь в слова окружающих его людей. Супруга, под предлогом беременности, уехала пораньше. Благо, все действительно прошло удачно. Врачи даже подтвердили. Молодой человек действительно любил бывать на подобных светских приемах, но не когда все только и говорили молодоженам в лицо о том, какая они удачная пара, а за спиной подшучивали про круглые очки Дарьи. Александра это несколько раздражало, но нужно было все это выслушивать и улыбаться. На балкон, подышать холодным воздухом. Начало октября еще радовало относительной теплотой, вот только северные ветра портили всю радость. Тихо, будто крадучись, шагающие по мраморному полу каблуки. Александр чуть вздрогнул и обернулся. Ну конечно, Виктор. Слабая улыбка появляется на губах молодого человека и он вновь переводит взгляд на темный парк. Норвежские всегда отличались пышностью и вычурностью. Это и нравилось в них светловолосому, но, признаться, сам он не хотел бы жить в таком месте.
- Почему же ты здесь один? - вкрадчивый голос.
Виктор осторожно закрывает дверь. В замке щелкает ключ и парень подходит в перилам.
- Зачем же ты закрыл дверь? - отвечает вопросом на вопрос Александр.
Нет, предательства быть не может.
- Там слишком шумно, а я вижу, что ты хочешь побыть вдалеке от всей этой ненужной суеты, - заставляющая доверять улыбка.
- Ты так хорошо меня понимаешь, друг, - слабая улыбка.
Еще не опустошенный бокал светлого вина ставится на перила. Александр вздыхает и ежится от внезапного ветра. Будто предупреждение, что-то сейчас будет. Уходи, к людям. Но парень привык его не слушать. Скептичность была основной чертой Александра, а любые проявления чего-то не нормального были излишним. Парень вздохнул, все равно никто кроме Виктора его сейчас не услышит.
- Наше общество похоже на октябрьскую осень. Все ярко, цветасто, но прогнило и умерло. Как иронично, не находишь? - хмыкает Александр, поворачивая голову к своему другу.
Несколько кривая улыбка. Сильный удар по голове, стремительно приближающаяся земля. Так быстро. Не больно. Просто все темнеет. Как тогда, когда тот пытался повеситься. Только в этот раз есть стойкое ощущение, что никто не спасет. Ну и пусть.

Резкое пробуждение посреди ночи с тяжелым дыханием. На часах пятый час, но Стас чувствует, что не уснет. Парень вздыхает и осторожно встает, пытаясь не разбудить соседей. Нашарить переключатель света на кухне и с некоторым удивлением обнаружить там сидящего на подоконнике Серого, соседа по квартире, и мирно посапывающую у него на коленях кошку. Парень щурится и переводит взгляд на Стаса.
- Ты-то чего не спишь? - сдавленный шепот.
- Кошмар, - так же шепчет русоволосый, наливая воду в чайник.
- Бывает, - парень с рыжими волосами усмехается и отворачивается обратно к окну.
Кошка, столь же рыжая, вот только с черным ухом, лениво зевает и смотрит на Стаса. Слишком внимательно, будто что-то знает. Хотя, что может знать наглое животное? Ну, конечно, кроме того кто без разрешения приводит в квартиру девушек. Хотя это знают все, но говорить не имеет смысла, все равно будет продолжать делать по-своему.
- А ты чего не спишь? - больше что бы разгрузить кажущуюся давящей тишину.
- Бессонница, - односложные без эмоциональные ответы.
Стас чуть заметно кривит губы.
- Ты чайник включи, а то так и не дождешься, - никакой насмешки явно не прозвучало, но было обидно.
Щелчок и подождать еще минут пять. Чайник пусть и электронный, но старый, советский еще.
- Чего же снотворного не выпьешь? Раньше ведь помогало...
- Да потому что я и так превысил дозу, и все равно проснулся ровно в три часа ночи. Мистика, мать её, - последнюю фразу парень прошипел.
Кошка заметно выгнулась, будто готовая напасть.
- Не кипятись, - примиряющее произносит Стас, пододвигая к себе стул и усаживаясь на него.
- Прости. Я знаю, что такие обострения бывают только весной и осенью. Пройдет. Да, Марта? - парень почесал кошку за загривок, с неким умиротворением слушая ее мурчание.
Быть может, у Ольги сейчас происходит что-то подобное. Вот только кошки у нее нет, не держит она животных. И тут не аллергия виновата, а практичность. Слишком много энергии потребляют домашние зверьки. Но в такие моменты они являются редким спасением. Щелкнул чайник, Стас чуть вздрогнул, смотря на поднимающийся к потолку пар. Шаркающие шаги в коридоре.
- Суслики, чего это вы тут хомячите? - сонный, но так и сочащийся насмешкой голос.
Побледневшая уже с лета кожа, сильное, но не перекаченное тело, коротко стриженные темно-русые волосы. В каком-то смысле ему можно было бы позавидовать, но противный характер все портил.
- Я чаек с лимончиком себе сейчас сделаю, а Серый у нас питается энергией ночи, - хмыкает Стас и встает, что бы бросить в свою кружку с барашками пакетик зеленого чая и, может, чего успокающего.
Вовчик хмыкает и садится за стол.
- Мне тоже чайку забабашь, - Стас закатывает глаза.
- Тебе надо, сам и бабашь. Чего вообще проснулся? - никакого раздражения, но этот ведь разглядит наезд и сейчас вполне может вдарить.
Но спросони Вовчик, видимо, добрый.
- Ну чо тебе впадлу что ли? Фу тебя, художник хренов, - хмыкает парень, откидываясь на спинку стула.
- Да вы тут шумите так, я и проснулся.
- Не мы шумим, сон у тебя чуткий, - тихо проговорил Серый, продолжая гладить Марту.
- Ну пусть так, - хмыкает парень, смотря на несколько пугливо сворачивающуюся кошку.
Боялись его животные, что поделать. Можно было с кружкой уйти в комнату, но сейчас лучше компания этих отморозков, чем быть наедине с собой. К своему сожалению, сегодняшний сон означал смерть. Такую яркую и ощутимую. Казалось, что шею начинает ломить, но это всего лишь самовнушение.
- Серый, ну может хоть ты мне чайку замутишь? - пусть и просящий, но все же приказывающий голос.
- Встань и сам сделай, я тебе не служка, - раздраженно шипит парень, даже не отворачиваясь от окна.
- Ой какие мы гордые. Только эти гордые заболеют, если сейчас же не пойдут и не возьмут одеяло, - хмыкает Вовчик, все же вставая и наливая себе намеренно в кружку Серого - с какой-то аниме девочкой - кипяток.
- Спасибо, что решил сделать мне чайку, солнышко, - раздраженно шепчет парень.
- Я тебя урою, если сейчас же не уйдешь с глаз моих под одеяло, - спокойно, насыпая себе в чашку кофе.
Воскресное темное утро. Такое необычное, но такое уютное. Стас чуть улыбнулся.
- А я тебя урою, если ты не уберешь руки от моей Мику-тян, - так же спокойно.
На секунду в помещении повисает тишина, нарушаемая лишь глухими ударами веток в окно. Тоже старое, деревянное еще, с которого дует со всех щелей. Хотя Стас вспомнил об этом только сейчас. То-то Вовчик так упорно пытался отправить Серого за одеялом. Надо было давно уже скинуться и утеплить хотя бы на кухне и в зале.
- Я бы посмотрел, как ты меня уроешь, - процедил сквозь зубы парень, громко кидая в кружку ложку.
- Я не намерен за тобой ухаживать, если тебя продует. Так что сейчас же вали в комнату, - Серый чуть улыбается.
Знает ведь, паршивец, что это все пустые слова. И Вовчик это прекрасно понимает. И все равно парнишка спрыгивает с подоконника и уходит в зал. Через некоторое время оттуда доносится звук работающего телевизора. Стас глубоко вдыхает и резко выдыхает.
- И не надоело вам? - все так же без особого интереса. Наблюдать за этими двумя забавно, но не более.
- Мне да, ему тоже, но у него поздний пубертатный период, гормоны в бошку бьют, вот и не знает что делать, бедному такому, - Вовчик опирается на подоконник, в упор глядя на Стаса.
Светловолосый чуть поежился под взглядом, но никак не отреагировал.
- И все же, почему ты не спишь? Обычно он тут один в темноте до утра сидит, а тут вас двое и в свете лампы, - парень чуть вздрогнул, вспоминая произошедшее во сне.
Но так ли во сне? Слишком реально. Неужели, он просто умер? Вот так, без лишних слов. Неужели, он так же? Так же закончит, от толчка в спину? Стас открыл и закрыл рот, словно рыба, выброшенная на берег. Перед глазами все поплыло. Не хорошо. Глубже вздохнуть и утереть глаза, будто ничего не случилось. Тем более, Вовчик может хотя бы сделать вид, что он ничего не заметил. А может и не заметил. Чертовы слезы, такая банальная тема. Все умирают, об этом достаточно часто шутят Серый и Вовчик, а Стас уже привык. Так почему встретившись с этим лицом к лицу стало так страшно?
- Ребят, там какой-то ужастик с кровью, кишками и расчлененкой. Гоу смотреть, - знал бы Серый как он вовремя.
- А пошли. Все равно, чую, уже не уснем, - хмыкнул Вовчик, выходя в коридор за парнишкой. - Как окончательно проснешься, присоединяйся, - щелчок, кухня погружается в темноту.
Хотя, это условно. Прямо под окном стоит очень яркий фонарь, давая достаточно освещения. Лучше не быть сейчас одному. Парень встает со стула и осторожно идет до зала. Главное не оставаться одному. Воскресное темное утро, осень вступает в свои права, прижимая к земле, создавая желание закрыться в комнате и никуда не вылезать, можно просто рисовать. Смерть. Чертова осень, почему ты так явно намекаешь на неизбежность? Даже обидно.

Глава третья. Октябрь.

Все же заболели. На пару с Серым. И оба с редким упорством делали вид, что все в порядке. Вовчик на это закатывал глаза и практический насильно поил их горячим чаем. Даже сам утеплил окна, правда тихо матерясь. Что-то ощутимо менялось. Сны были мутные, темные, будто наполненные пустотой. Давящей и пугающей.
Всю ночь ворочаться, что бы на утро быть измотанным и изнеможенным. Ольга говорила, что это из-за болезни. Все же девушка была полностью уверенна, что все сны это просто навязчивая не раскрытая идея Стаса: "А если бы у нас была еще монархия с крепостным правом, и во всем мире было бы так же, то было бы лучше!" Что все персонажи на самом дели были лишь плодом воображения, что уж говорить о ситуациях. Но так ощутимо умереть... Невозможно, даже во сне. Руки дрожат, хочется взять у Вовчика сигарет и без остановки курить; говорят, успокаивает. Голые деревья, леденящие ветра, первые заморозки и снега. Рутина. А в голове все крутится фраза про осень и общество. Если то общество можно сравнить с октябрьской осенью, то как стоит называть современное, в понимании этого мира, общество? С чем сравнить? И зачем такие мысли появляются в голове..? Просто что бы не думать о своей смерти. О своей? Стас вздрагивает, внезапно понимая, что он мыслит как Александр. С его точки зрения. Нервный смешок. Да, стоит или закурить, или выпить чего сильно-алкогольного, или напиться валерьянки, если Вовчик ее в виде эксперимента не скормил Марте. Нет, оранжевые таблетки на месте. Тут дозы особой нет, главное ни с чем не мешать. Несколько минут подождать, пока лекарство начнет действовать. Сразу клонит в сон. Вот что значит, отвык. Дойти до зала и усесться на диван. Марта лениво приоткрывает глаза и смотрит на уставившегося в выключенный экран телевизора Стаса. Остальные хозяева ушли куда-то, а этот странный, который по-утрам еще и наступает или запинается радости в жизнь не приносит. В двери щелкает замок. Стас не сразу соображает, что они вернулись, посему в голове укрепляется стойкая мысль, что ребята ушли и у него есть время подумать, спокойно, под лекарствами. Даже удивился, когда в двери появился раскрасневшийся с улицы Серый.
- Чай черный, красный или зеленый? - еще более хриплый чем обычно голос.
- Зеленый, будешь душкой, если сахара еще положишь, - несколько натянутая улыбка.
- Ууу, суслик, да ты совсем помираешь. Минуты через две приползай на кухню, мы печенья с шоколадом купили, - хотя Серый уже выздоровел практический, при том что он все время болезни ходил на занятия, а так же на работу.
А вот Стас болезнь провел в кровати, поднимаясь с нее лишь по нуждам. Стоит отогнать мысли о смерти, но с ребятами в каком-то смысле олицетворяющими это понятие, подобное было проблематично. Когда Стас оказался на кухне? Он даже не сразу понял, что все еще о чем-то разговаривает с мрачнеющим Вовчиком. Серого в помещении вообще не наблюдалось.
- Ну чего замолк? - раздраженный голос с рычащей интонацией.
Стас сглотнул.
- А о чем мы? - не нашел ничего умнее.
- Да о том что ты тварь неблагодарная, Садов, - хмыкнул Вовчик и громко поставил кружку на стол, намеренно расплескивая кофе по поверхности стола. - Сегодня твоя очередь на кухне. И еще раз выскажешь подобное, даже не смотря на свободу слова, в морду ты получишь точно.
Стас удивленно проводил Вовчика взглядом, совершенно не понимая что это только что было.

- Ты как-то по-другому рисовать стал, - задумчиво проговорил Слава, останавливаясь возле мольберта с натюрмортом Стаса.
Русоволосый пожимает плечами, убирая кисти в сумку.
- Резче, что ли. Не скажу что это плохо, но странно, - на некоторое время он замолчал, с неким интересом смотря то на холст, то на Стаса.
Затем чуть улыбнулся и пошел дальше. Подобное поведение вызвало волну раздражения, да как он, обычный холоп, может сметь такое говорить?! Стоп. Стас сам себя одернул и вернулся к созерцанию своей работы. С ним явно происходит что-то не то. И это что-то явно связанно с Александром. Парень вздохнул. Пусть происходит «что-то не то», сейчас важнее закрыть промежуточные зачеты. С собой разберется чуть позже.

- Я хочу жить, - тихий шепот заставил Стаса вздрогнуть.
В квартире он точно был один, а кошка говорить не могла. Тот, кто говорил, стоял прямо за спиной русоволосого. Но кухня маленькая, голос близко, а значит шепчущий сидел прямо на столе. Развернуться не хватало смелости и сил. Ноги неоправданно закостенели, будто он лишился любой возможности двигаться. Сзади раздался слабый смешок.
- А ты умрешь, - продолжал голос. - Потому что ты слабый. Прибегаешь к помощи лекарств, которые твой разум и ослабляют. С редкой легкостью задумываешься и даешь себя захватить. Хаха, забавно, - тишина резкая и звенящая.
Ноги несколько беспомощно подгибаются и Стас оказывается на полу. Какого черта вообще происходит? Звуки мира за окном возвращаются. Машины, дети, чуть слышный гам. В соседней комнате работает телевизор, кошка опять дерет ковер, чайник кричит о том, что он закипел. Стоит встать. Даже не смотря на то, что щели в окне Вовчик заделал, сквозняк от стены никто не отменял. А заболеть еще больше перспектива не очень радостная, тем более после почти недели пропуска.

- Ты слишком бледный в последнее время и рассеянный, - Ольга внезапно прерывает свой рассказ о том, что было на паре мировой художественной культуры.
Стас вздрогнул и рассеянно улыбнулся.
- Ну я ведь проболел пол месяца. Думаю, это было ожидаемо, - девушка хмыкнула и вернулась к объяснению.
Неужели, все настолько плохо? Что даже Ольга, обычно никогда не обращающающая особого внимания на его самочувствие, заметила. Нужно просто проанализировать, что происходит. То, что случилось несколько дней назад на кухне, скорее всего, было просто плодом воображения. Хотя, если существуют другие миры, почему не могут существовать такие призраки? Могут. Но ничего хорошего от них точно ждать не стоит. Резкая пощечина. Ольга с особенной злостью смотрит на Стаса. С удивлением тот обнаруживает, что улыбается.
- Сам со всем ты все равно не разберешься, поэтому умерь свое эго и давай продолжим, - девушка уселась обратно, она была заметно раздражена.
"Да какого лешего?" - вздохнул про себя Стас, проводя рукой по волосам и резко их хватая. На девушку он пытался не смотреть. Тем более что он еще не рассказывал ей о произошедшем, пусть и во сне. Но, почему-то, ему кажется, что ответом будет "сходи к мозгоправу". Ну уж нет. Вздох со стороны Ольги.
- Ты совершенно не можешь сейчас думать об искусстве древних времен, верно? - девушка закрыла свою тетрадь. - Сейчас пойдем к тебе, отсканируем, сам со всем разберешься, - Стас несколько рассеянно кивнул и встал.
Совсем уже распустился. Правда, стоит заставить себя поверить, что все это сон и плод воображения. А то, что в зеркале не всегда отражается собственное лицо... Ничего, переживем.

В последнее время Стас стал панический бояться остаться в квартире один. Вовчик крутил у виска, иногда подкалывал. Отошедший от того, что некоторое время до этого сказал Александр, - все же стоит признать, что в нем просто поселился другой человек, как ни странно, это единственное разумное объяснение, - лишь хмыкал и что-то бурчал. Иногда случались взрывы из-за каждой мелочи. Кружку кто-то не в ту сторону ручкой поставил, полотенце плохо висит, кошка на вещах лежала. Серый обычно в такое время забивался в угол дивана и с отстраненным выражением лица наблюдал за Стасом, который бесился еще больше и неосознанно начинал вести себя еще более неадекватно. Вовчик сразу давал подзатыльник, несколько шутливо и явно без злого умысла называл истеричкой. Но становилось еще хуже. Буквально месяц назад он бы никогда себе такого не позволил. Месяц назад. Стас вздрогнул, оглядываясь на календарь, который Вовчик купил на новый год, что к концу уже подходит, все же, фактический, это его квартира, три дня до начала ноября. За всеми этими заморочками со снами, убедил ведь себя, он пропустил свой любимый месяц. Полная противоположность тому апрелю, в который он родился. Парень хмыкнул и подошел к окну. От балконной двери сквозило, посему парень чуть поежился. Хотя еще относительно тепло. Ниже нуля температура еще не опускалась. О снеге говорить и нечего. Некоторые деревья еще даже зелеными стоят, а люди уже закутались в зимнюю одежду, боясь потерять тепло своего тела. У Ольги руки всегда холодные. Как и у Ярославны. Интересно, как она там. Стас снова вздрогнул, сжимая подоконник. Какого черта ему вспомнилась эта рыжеватая девушка? Она ведь просто плод воображения. Стас усмехается. Да уж, сам погрузился, сам и виноват.
- Может стоит попросить Вовчика курить в подъезде, а балкон заклеить? - тихо спросил Серый, про которого Стас и забыл.
Ох не вовремя же он появился.
- Какого черта ты вообще возник?! - голос не повысил, но раздражение чувствовалось.
Серый чуть поежился.
- Я был тут до...
- Замолчи, - резко обрывает его Стас и с неким ужасом понимает, что говорит это не он. - Твое мнение вообще никому не интересно, потому что ты никто. Пустое место. Тебя ведь даже в машинах больших с билетами не замечают, - заткнись. Только заткнись.
Снова это отстраненное выражение. С одной стороны оно ужасно бесит, но с другой, он ведь пытается оградиться от чего-то неприятного ему.
- Владимир тебя и терпит-то только потому что ему тебя жалко. Ведь делаешь из себя всего такого слабого, - Серый сжимает руки в кулаки.
Если не разожмет то, скорее всего, Стас сейчас получит по лицу.
- А сам-то, - хмыкает Серый, вставая с дивана. Разминает пальцы. - Пошел в художественное на профессию, которая и дохода-то не приносит. И потащил с собой умную девушку, которой были открыты все дороги. Ты ведь соображаешь, что таким образом ты ей просто угробил будущее? - Александр хмыкает.
Стас с некоторым ужасом метается, пытаясь заставить тело пошевелить хотя бы пальцем.
- Так еще и столько ненужных эмоций в последнее время проявляешь. Раньше флегматичным ты мне нравился намного больше, - стоит совсем рядом.
Комплекция и рост примерно одинаковые, вот только Серый ходил в спортивную секцию боевых искусств, а Стас, впрочем как и Александр, занимались больше просмотром картин, да чтением книг.
- Ты ведь не доживешь до своего дня рождения, такими темпами, - хмыкает рыжеволосый, а Стас вздрагивает всем телом.
Черт тебя подери, Серый.
- Это угроза?
- Предупреждение. Еще одна попытка на меня наехать, уши выкручу и пропечатаю твое миленькое личико в стенку, - пожимает плечами парень и берет с подоконника свой мобильный телефон, который стоял на зарядке.
Стас чувствует, что снова способен двигаться. А в голове проносится "слабак". Серый кидает телефон в карман штанов, накидывает ветровку на голый торс, и идет в сторону выхода.
- Ты куда? - рассеянный голос.
Серый хмыкает и вытаскивает деньги из верхней выдвигашки комода в коридоре.
- В магазин. Куплю ленту и вату, заклеим сегодня вечером, - Стас вздрагивает.
Все же он останется один.
- Я с тобой, - светловолосый направляется было в сторону своего "угла", но смешок его останавливает.
- Я сам с собой. Останься дома и подумай о своем поведении, хаха, - столь ровным тоном без намека на эмоции.
Почему же Стаса все это так бесит.
- Ну уж нет, я сей...
- Я ушел и ключ забрал с собой, - оборвал русоволосого Серый, выскакивая за дверь и в буквальном смысле хлопая перед носом.
Свой комплект Стас оставил у Ольги, совершенно случайно, а потом он ее и не видел. Воскресенье, а значит встретятся они только завтра. Не просить же ее ехать через весь город ради ключей. Звенящая тишина. Ничего хорошего от этого ожидать точно не стоит. Стас стоит спиной к коридору, что ведет на кухню. Ну уж нет, он не сдастся. Не какому-то аристократишке.

Продолжение в комментариях

Вопрос: Выберите подходящую номинацию
1. Самая яркая и запоминающаяся Осень 
0  (0%)
2. Самый оригинальный сюжет 
0  (0%)
3. Лучшее раскрытие характеров и отношений 
1  (33.33%)
4. Кнопка - хочу видеть результаты 
2  (66.67%)
Всего: 3

@темы: фанфики, Осенняя Лотерея, Гамлет, 2012

URL
Комментарии
2012-11-01 в 19:32 

Соционическая Лотерея
Мы любим вас, - артеры и фикрайтеры! И зовём всех к нам!
Глава четвертая. Ноябрь.

На шее с силой сжимается удавка. Воздуха катастрофический не хватает. Он сам выбрал себе этот путь, сам устал от этой невозможности быть собой, невозможности чего-то добиваться. Все вокруг смирились, привыкли. А он нет. Ну и что, что все остальные разы его смерть не удавалась. Ну и что, что он с большим трудом вновь вернул себе любимую. Ну и что. Он не может жить в мире коммунизма, чистых идей Ленина, слишком быстро развивающейся техники. А вот и то состояние, в котором он уже близок к смерти, но еще далек от нее. Лишь бы в этот раз не сорвалось.

- Теперь и люстру придется менять, - грустно хмыкнул хриплый глухой голос прямо над головой Стаса.
Незнакомец. Диван спружинил - кто-то сел в ногах парня.
- Я его по стенке размажу сам, если он в себя придет. А если бы пришла хозяйка, что бы проверить? И лежит он тут такой, весь с удавкой на шее и под люстрой. Она бы наверняка написала бы докладную, вот только тогда бы мы все отправились в места не столь отдаленные, - хмыкнул другой мужской голос, столь же не знакомый Стасу.
Какая к черту люстра и удавка? Какая докладная? Какая хозяйка, в конце-то концов?
- Ну не пришла ведь... - мальчишеский совсем голос.
И тоже не знакомый. Из груди против воли вырывается стон, Стас пытается сесть, но чья-то сильная рука укладывает обратно на диван.
- Лежи, дурак. Сам в очереди на люстру стоять будешь. Вань, ты ведь починить электричество сможешь? - все тот же хриплый голос.
Стас нехотя открывает глаза. Белый потолок в трещинах. Явно наспех прикрепленная лампочка была единственным источником света. На стене рядом висит ковер. Стас уже с уверенностью может сказать, что он никогда не бывал в этом месте. Взгляд скользит ниже и натыкается сразу же на сидящего боком к нему парня. Светлые, чуть ли не белые волосы собранные в хвост на затылке, длинная челка, зацепленная заколками на бок. Длинный нос с горбинкой, сам по себе парень очень худой, одежда явно не по размеру. Но кто это? Стас никак не мог вспомнить, что бы у него был хотя бы один знакомый-альбинос. Окно закрытое шторами. На стенах бежевые обои с какими-то птицами и цветами. Но зрение обычно никогда не позволяло четко увидеть то, что было дальше вытянутой руки.
- Да куда я денусь, - хмыкает парень, стоящий напротив альбиноса.
Средний рост, даже можно сказать несколько приземистая фигура. Волосы коротко стриженные и явно неучами.
- Только меня больше интересует как этот суицидник гребанный будет синяки на шее закрывать, - хмыкает Ваня.
Смуглая кожа, волевое, несколько заостренное лицо, мощная шея и достаточно сильное тело. Такому только вышибалой работать. На противоположной дивану стене полки с книгами.
- Да как всегда, свитер с высоким воротником, - снова хмыкает альбинос и переводит взгляд на Стаса.
Без особого интереса он некоторое время рассматривает сожителя зачем фыркает и встает.
- Ты куда? - мальчишеский голос над головой, Стас хочет посмотреть кто там, но шевельнуть шеей очень больно.
- Куда-куда, на кудыкину гору, - хмыкнул парень, скрываясь в коридоре. - Леш, иди сделай чаю, на всех, мы сейчас придем, - приказной тон.
Кого-то это ужасно напомнило Стасу. Может хоть этот Иван ему чего-нибудь объяснит.
- Вы главное прийдите так, что бы на Коляне синяков не прибавилось, - хмыкнул вернувшийся альбинос, держащий в руке надкушенное печенье.
Судя по всему, Стаса назвали Коляном. Уснул что ли, и все же смог попасть в другой мир? Причем кардинально другой.
- Матвей, не хорошо мысли читать, - фыркает Ваня.
И переводит взгляд на обладателя мальчишеского голоса, который с места так и не сдвинулся.
- Ну не смотри на меня волком, не буду я его бить, просто поговорю. Матвей, забери своего брата, - а вот с ним более просящий.
Альбинос хмыкает и уходит на кухню. Леша некоторое время рассеянно мнется, но затем идет следом. Фигура и рост такие же, как у Матвея, только волосы черные. Бросив несколько испуганный взгляд на Колю, он скрылся за дверным косяком. Ваня молча смотрел прямо в глаза лежащему молодому человеку, затем тяжело вздохнул и сел рядом на диван.
- Ну зачем ты. Они пусть и уже совершеннолетние, потерять тебя им тяжело будет. Пусть Матвей и выглядит так, словно он тебя недолюбливает, но на самом деле он тебя любит. А Леша о тебе беспокоится, он о всех беспокоится. Тебе вообще стоит хотя бы дождаться, пока они найдут себе половинку, что бы ячейку общества создать, ну ты понимаешь, - шепот, очень уверенный, словно уже не в первый раз, да и будто он имеет право кого-то учить.
Стас почувствовал волну раздражения, но ничего не отвечал.
- Ты ведь взял за них ответственность. И совсем забыл сейчас, что их отец закончил так же, на люстре. Они бы не пережили, и ты это понимаешь. Конечно, парни сильнее, чем кажутся. Но все же. Тем более, с твоей смертью нам прибавится много проблем. А сейчас вставай и пошли пить чай, а то мальчишкам ведь надоело стоять за дверью? - парень повысил голос.
За дверью кто-то шуганулся, а со стороны кухни раздался глуховатый смех. Иван чуть улыбнулся и собрался было вставать, но Стас схватил его за руку.
- Напомни мне, что сейчас творится в стране? - парень посмотрел на своего сожителя как на сумасшедшего.
Ведь Колян никогда не интересовался политикой и уж тем более тем, что происходит в стране.
- С чего тебе вдруг интересно стало? - Стас прикусил губу.
Стоило все же разобраться со всем самостоятельно.
- Ничего, забудь, - парень схватился за спинку дивана и сел.
Шея все же безумно болела. Ну а чего он хотел. "Колян" пытался вздернуться. Может даже вздернулся, но тут подвернулся еще тепленький, не желающий сдаваться Стас. Как прозаично.
- Я запомню, но спрошу чуть позже, - хмыкнул парень и резко встал, достаточно быстрым пружинящим шагом ушел на кухню.
Найти бы зеркало какое, что бы хоть посмотреть как выглядит. Ноги опускаются на достаточно теплый пол. Главное, никаких резких движений. Осторожно встать. Ну что же, можно судить, что роста довольно высокого. Во всяком случае по сравнению с остальными жителями этой квартиры. Несколько неуверенных шагов. Вроде тело вполне дееспособное. Длинный коридор, слева две двери, одна из которых явно входная дверь, следующая практический напротив двери в зал закрыта, направо еще две двери и открытая на кухню. Ладно, разберется чуть позже. Альбинос, за недостатком стульев, сидел на подоконнике. Пластиковое окно, стекло заклеено чем-то плотным, наверняка что бы свет не проходил. Черноволосый придвинул к нему стул, что бы сидеть словно в ногах. Не считая цвета волос они были совершенно идентичны. На мгновение Стас даже удивился подобному, но, поймав раздраженный взгляд Матвея, и встряхнулся, сразу присаживаясь на стул возле Ивана. Кухня небольшая, но достаточно функциональная. Удивительно современная и компактная техника. Обеденного стола можно сказать и нет.
- Чего ты осматриваешься так, словно в первый раз здесь? - в голосе так и сквозит раздражение.
Стас чуть ежится и не знает даже что сказать. Зато Ваня хмыкает:
- Может ему память отшибло, все бывает.
- Ему не так прилетело по голове, что бы что-то отшибло, - скептический буквально прошипел альбинос, смотря куда-то в другую сторону от собеседников.
Краем глаза Стас заметил, что Леша осторожно, гладит брата по лежащей у него плече руке. Будто успокаивает, хотя с чего.
- Матвей, не будь букой, все же ты не можешь все знать, - и Иван словил взгляд, как на идиота.
Да как он смеет вообще сомневаться в его способностях - именно это выражал весь его вид.Стас с трудом сдержал улыбку. Может все пойдет лучше, чем казалось с самого начала.
- Сам ты бука, - пробурчал Матвей.
Леша улыбнулся, но лишь краешком губ.

URL
2012-11-01 в 19:32 

Соционическая Лотерея
Мы любим вас, - артеры и фикрайтеры! И зовём всех к нам!
Но, как и ожидалось, радостно и более-менее мило ничего быть не может. Утро началось с того, что было безумно холодно. Как выяснилось, во всем доме. А так же безумно темно. Во всяком случае, сказывались закрытые окна. Несколько раз чертыхнувшись и познакомив ноги со всеми возможными углами и косяками комнаты, Стас - или правильнее будет называть себя Колей? - все же вышел в коридор и тут же зажмурился. Пусть свет и был приглушенным но, кажется, до безумия ярким. Стекла ничего не закрывало, что немного даже удивило. Из зала были слышны голоса, поэтому Стас тихо направился туда.
- Опять сеть полетела и электричество отрубили. Черт возьми, сколько это продолжаться будет, - зло и четко проговорил Иван, ударяя кулаком в стену. Близнецы сидели на диване и молча наблюдали за ним, укутавшись одним одеялом.
- Ну как и все в нашем Великом Союзе Объединенных Социалистических Республик, - последнее альбинос проговорил с насмешкой над всем этим. - Мы знаем, что режим тебе не нравится, но сам понимаешь, если все сейчас развалится, то нас всех, и тебя в первую очередь, сожгут к чертям. - Ну или сделают подопытными кроликами, - улыбнулся Матвей и поерзал под одеялом, прижимаясь к явно все еще пребывающему в царстве Морфея Леше.
- И тут не знаешь что хуже, - хмыкнул Иван и плюхнулся на диван рядом с братьями, от чего темноволосый сразу встрепенулся.
- А на работу идти надо, - как-то грустно проговорил альбинос.
Леша шмыгнул носом.
- Придется. Тем более, работенка у тебя не пыльная. Знай только смотри на мониторы и регулируй кого куда направить, - зевнув, произнес Леша.
В голосе заметно слышался хрип.
- Ну ничего себе не пыльная! - возмутился Иван, поправляя на голове, как ни странно, шапку-ушанку.
- Я бы не вынес шесть часов подряд сидеть перед мониторами и еще и разруливать всех так, что пробок на участке нет.
- А я бы не вынес двенадцать часов подряд работать руками, - пожал плечами Матвей, позволяя брату обнять себя.
- Если бы партия сказала, то пришлось бы, - вздохнул Иван и откинулся на спинку дивана.
- Я скорее удивляюсь как нас партия в детстве не расстреляла, - хмыкнул альбинос, за что сразу получил подзатыльник от брата. - Ладно, ладно, знаю я, дай пошучу...
- Нельзя так шутить! Это аморально! - Матвей закатил глаза.
Ну вот опять та же песня.
- Кстати, Колян, ты ведь должен был пол часа назад как выехать на работу, а то опоздаешь, как всегда, - парень аж вздрогнул.
- А куда я должен был ехать? - хриплый голос и следующий сразу за ним кашель.
- Ууу, да ты заболел, приятель, - хмыкает Матвей, нехотя отпуская от себя свою живую грелку.
Леша подошел к Стасу и осторожно коснулся сначала своего лба, потом его.
- Нет, от работы тебя по болезни не освободят, - парень пожал плечами и пошел обратно в сторону дивана.
- А что мне одеть, куда мне ехать, и кем я вообще работаю? - выяснять все это более тонко не позволяла ситуация.
- Таки отшибло, - хмыкнул Ваня. - Значит так, у тебя в шкафу там штаны серой расцветки, такая же водолазка с высоким воротом и ветровка. Потом в коридоре берешь свою куртку ярко-зеленую, сейчас я номер тебе твой напишу, а там сам разберешься, - парень встал, а Стас еще некоторое время смотрел в точку, потом вздрогнул и буквально побежал в свою комнату, чуть не поцеловавшись с косяком.
Матвей закатывался мелким смехом, скрываясь под одеялом с головой. Ну это еще надо умудриться, опоздать... Стас встал как вкопанный прямо напротив комода. Он не вернулся в свое тело даже во сне. До крови прикусив губу, парень схватился за комод, что бы не упасть совсем и рассеянно осел на пол. Холодно и сквозит заметно. Но это не важно. Он не вернулся. Стукнуться головой о этот несчастный шкаф и каким-то чудом не попасть в ручку. Не вернулся. Неужели, он теперь застрял здесь? В горле будто встал ком, не давая ни вздохнуть, ни выдохнуть. Господи, за что ему все это? Стас поджал к себе ноги, согнув их в коленях. И что теперь делать. Волна разнообразных эмоций захлестнула парня с головой: страх, растерянность, грусть, удивление, злоба, и такое нежданное осознание. Это чертово чувство безысходности. Пальцы хотят запутаться в волосах и с силой за них дернуть, но слишком короткие. Наверное, не так давно он был под ноль.
- Ты чего тут в темноте уселся? Ты ведь опоздаешь! - Ваня с силой дернул парня за руку, помогая встать.
- Как бы ты себя чувствовал, если бы твой мир разбился? - чуть слышный голос. - Если все твои мечты были напрасны и разбились в один миг, - Стас чувствовал, что глаза буквально застилает пелена.
Нельзя. Он ведь парень, но... Фактический все это означало, что он похоронил для себя всю семью, сожителей и Ольгу. Ноги подкосились было, но Иван удержал его в вертикальном положении.
- Отставить грусть, - рявкнул молодой человек, от чего Стас чуть вздрогнул. - Значит так, сейчас ты собираешься и идешь на работу, всю грусть и эмоции оставь на вечер, - затем голосом намного тише. - Подумай сейчас о мальчишках. Если ты расклеишься, то они не справятся сами. Вспомни что я вчера говорил и одевайся, - Иван толкнул Стаса и вышел из комнаты. Один в темноте с нуждой заботиться о тех, кого увидел впервые в жизни меньше чем двенадцать часов назад. Замечательное начало ноября.

Работа до смешного нелепая. Редактор. Человек, который по русскому никогда выше четверки и не имел стал редактором в ежедневной газете. Повезло хоть, что его статьи это обозрение искусства; да и основные ошибки исправляет машина - Стасу нужно лишь править смысловые. На работе все такие же серые, уткнувшиеся в мониторы. Как ни странно, тоже черно-белые. Не имеющие программ больше, чем того требует работа. Исключением был лишь верстальщик, невысокая, бегающая от одного к другому девушка, нагнетающая панику хотя бы одним своим рыжеволосым видом. Правда, ее практический не замечали. И явно никто не был настроен дружественно друг к дружке. Слишком угнетает. И видно, что не одного Стаса.
- Все закончили? - с улыбкой на губах спросила верстальщица, получая утвердительные кивки. - Замечательно! Тогда со спокойной душой занимайтесь чем угодна ближайшие пару часов, все молодцы, поработали хорошо! Баррикада, переведи всем компьютеры на другой режим. А я пока пойду доделаю выпуск и через два часа отнесу его в печать. "Баррикада, это имя такое что ли?" - удивленно подумал Стас, наблюдая как экран сначала некоторое время мерцает, а потом становится цветным.
- Идлен, ты сегодня пойдешь в кино? - приятная черноволосая девушка села на соседний стул, вот только обращалась явно не к Стасу.
- Смотря на что, - чуть улыбнулся русоволосый. Идлен, еще не лучше.
Хотя, как Стас помнил по школе, им на истории рассказывали, что были очень популярны имена-сокращения. А он всегда думал, что это всего лишь шутка учителя. Стас встал и размял затекшую спину. Сегодня ему повезло, начальника не было, а значит по голове за опоздание не получил. Но стоит запомнить и привыкнуть, ведь фортуна никогда не бывает долго повернута лицом. Благо общаться с Коляном никто особо не собирался, поэтому он спокойно пропил горячего кофе, слушая всех и сразу и сразу же пытаясь осмыслить ситуацию. Но осмыслению все это поддавалось крайне плохо, если поддавалось вообще. Нужно еще раз все вызнать у Вани, что бы было проще. Притвориться, что отшибло память таки, а там как пойдет. Главное, узнать как можно о себе самом, что бы не попасть впросак.

URL
2012-11-01 в 19:32 

Соционическая Лотерея
Мы любим вас, - артеры и фикрайтеры! И зовём всех к нам!
Холода крепчают. Голые безжизненные ветки за окном удовольствия не доставляли совершенно. Новые люди, новые места, даже новый мир, в котором у тебя никого нет. Ведь что близнецы, что та девушка, что Ваня все еще видят немного сбрендившего Коляна, нервного, возможно истеричного, молча страдающего, но так, что об этом знали все. Может только Леша и видел в нем сильного человека. До этого. Сильный человек сломался и полностью подменился другим. Сначала все это было сложно, проблемно. То, что для всех вокруг казалось обычным, для Стаса было безумно непонятно. Но, так или иначе, все становится рутиной. Пальцы быстрее печатают, глаз наметался, стало проще разбираться с уставами, да и имя свое запомнил. Отношения у всех ровные, и проявлять себя на работе они не имеют права, да даже на улице, считается дурным тоном. Всех людей чуть ли не косят под одно и то же. А еще узнал про четкое разделение обязанностей. Если ты редактор, то до конца жизни им и будешь. Пенсия предназначена только людям, которые работали на тяжелом производстве. Таким как Иван. Выглядит уже почти на тридцать, хотя ему столько же, сколько и Коляну - каких-то жалких двадцать три года. К своему удивлению, Стас узнал, что близнецы его племянники, всего по шестнадцать лет, и если Леша только идет учиться на врача, то Матвей считается кем-то типа милиционера дорожного обеспечения, "хранителем города". Странно, что он живет не с другими. Сферу работы любого человека можно отличить по одежде: все рабочие офисов, в том числе и рабочии редакций, а так же ученые, одеты в серую одежду. Рабочие на производстве - синяя, от насыщенности цвета зависит лишь стаж. В оранжевой люди из жкх, если совсем уж утрировать. Те, кто чинят что-то. Продавцы в зеленом, политики в коричневом, безработные в красном, студенты в желтом с нашивкой типа погонов цвета той профессии, на которую они учатся. Разумеется, такой дресс-код сохраняется только в определенное время. Вечером люди могут одеваться как хотят и во что хотят. Кроме "хранителей города". Белая широкая рубаха, достаточно широкие черные штаны, ярко-желтые или оранжевая обувь. Так никто кроме них не имеет права одеваться. Но и они не могут выглядеть любым другим образом. Что бы там не говорили политики, а городом управляют именно они. И подавляющее большинство не старше двадцати даже лет. Для Стаса подобное звучало даже дико. Фактический, использование детского труда, определение кто кем будет работать и никакого права выбора. Железный занавес между всем миром и СССР превратился в железный купол, возможно даже в прямом смысле этого слова. Как-то даже смешно осознавать, что он родился не в России, и не в ней же и умрет. Смирение пришло быстро, но очень болезненно. Как осень приходит в мир и погружает его в пучины холода, одиночества и отчаяния. Яркость всегда обманчива и сменяется серостью. Снег, которого так и не допросишься до середины декабря, всегда был лишь тонким прикрытием этого уродства. Великая идея. Именно это скрывает всю эту идентичность и несовершенность. Ничего не изменить, ни снизу, ни сверху. Застой. Вечный ноябрь. Оттепели не будет.

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Соционическая Лотерея

главная